Главная страница Статьи ДВА ТИПА ХУДОЖНИКОВ: ПОТРЕБИТЕЛИ ФОРМ И СОЗДАТЕЛИ ФОРМ
ДВА ТИПА ХУДОЖНИКОВ: ПОТРЕБИТЕЛИ ФОРМ И СОЗДАТЕЛИ ФОРМ Печать E-mail

Александр Катеруша

 

Мы много внимания уделяли процессу изобразительного творчества как некоему «спору» между Майей и художником.

Майя удерживает сознание человека в иллюзорном мире. Чтобы освобождаться от влияния этой силы, человеку полезно исследовать и осознавать те механизмы и техники, которые Майя использует для наведения своего транса. Один из таких механизмов заключается в том, что человеческое сознание погружается в колоссальное разнообразие предметов и их форм. Их можно классифицировать, изучать их качества. Когда сознание не только воспринимает, но и проникается «закономерностями», оно вовлекается в транс еще сильнее. Все искуснее манипулируя объектами, человек все более погружается в этот мир.

 

Однако, здесь же содержится и подвох. Все формы, с которыми человек имеет дело, относятся к изначально существующим. Человек имеет дело с готовыми формами. Даже когда скульптор лепит барышню, он КОПИРУЕТ готовую форму. Он может возразить, дескать, он придает образу нечто неповторимое от себя и т.д. Это так. Но изначальная модель все же создана не им. Она, кстати, способна быть источником и других способов ее увидеть, но она все же будет оставаться собой.

 

Люди, включая также и многих художников, являются потребителями уже существующих форм.

 

Обыватель видит дома, деревья собак, машины и т.д. При всем разнообразии, все формы есть ни что иное как «заготовки» для восприятия. Человеческое сознание погружено в мир шаблонов Майи. Все эти шаблоны задают сознанию человека «застывшие» параметры, делая его рабом этого мира. Когда художник работает в «реалистической» манере, Майя относится к нему как к своей собственности. Он, хоть и создает свою «отдельную реальность», все же оставляет ее в рамках общеизвестного. Зрителя можно удивить разве что техникой исполнения.

 

В этом плане абстрактное искусство может рассматриваться как первая попытка человека высвободиться из-под диктата «стандартных образов».

 

Абстракционист пытается обратить на себя внимание Майи. Однако он делает это за счет того, что ломает образы в его «каталоге». Майя реагирует на такую поломку, ибо ожидает чего-то нового. Его образы разрушают для того, чтобы освободить материал для создания чего-то иного. Такое встречают и удивлением, и тревогой, и восхищением (если заслужит).

 

Однако в большинстве случаев тревога оказывается ложной. Увы, современный абстракционизм – это не более чем первые шаги человека в освоении нового горизонта искусства.

Когда ребенок делает свои первые эксперименты с рисованием, он не подходит к этому как творец образа. Его занимает сам факт власти над пространством листа, цветом, линией. Ребенок видит последствия своих движений карандашом и приходит в восторг. Он познает себя через свои следы.

 

Абстракционист заявляет о своей попытке властвовать над формой. Ему нравится порождать свои собственные изображения. До образов абстракционизм еще не дорос. Он лишь обозначил вектор освобождения от диктата форм.

 

Художник, создавая свои неповторимые формы, переходит на сторону творца – противоположную стороне потребителей форм.

 

А когда он дорастет до реального творения, Майя это обозначит, содрогнувшись. Время наслаждения своим диктатом сменится временем удивления и напряженной оценки. Это будет видно. Если, конечно, абстрактное искусство не затопчут копыта торговцев и шарлатанов.